Что такое коллапс?

Термин «коллапс» — широк и может охватывать целый диапазон процессов. Для разных людей он означает разное. Некоторые считают, что коллапс возможен только для обществ с самой высокой степень сложности организации. Им покажется странным говорить о «коллапсе» племенных обществ или деревенских общин. Другие понимают коллапс прежде всего как экономический распад, крайним выражением которого является ожидаемый конец индустриального общества. Третьи вообще ставят под сомнение полезность самого понятия, указывая, что художественные стили и литературные традиции нередко переживают политическую децентрализацию.

В настоящей работе коллапс рассматривается как политический процесс. Он может (и часто действительно имеет) последствия в экономике, искусстве и литературе, но в своей основе относится к социально-политической сфере.

Коллапсом общества считается быстрое и значительное снижение ранее достигнутого уровня социально-политической сложности. Ключевое здесь — словосочетание «достигнутый уровень». Чтобы случай квалифицировался как коллапс, общество должно было находиться на этом уровне сложности (или уверенно к нему двигаться) более одного-двух поколений. Поэтому, например, распад империи Каролингов — это не коллапс, а просто неудачная попытка построения империи.

Сам коллапс, в свою очередь, должен быть быстрым — занимать не более нескольких десятилетий — и сопровождаться существенной утратой социально-политической структуры. Потери меньшего масштаба или растянутые на более длительный срок следует считать случаями ослабления и упадка, но не коллапса.

Коллапс проявляется в таких явлениях, как:

• меньшая степень социальной стратификации и дифференциации;
• меньшая экономическая и профессиональная специализация — как отдельных людей, так и групп и территорий;
• меньшая централизация управления, то есть ослабление регулирования и интеграции разнообразных экономических и политических групп со стороны элит;
• меньший контроль над поведением и меньшая регламентация жизни людей;
• меньшие вложения в эпифеномены сложности — те элементы, которые определяют само понятие «цивилизация»: монументальную архитектуру, художественные и литературные достижения и т. п.;
• меньший поток информации между отдельными людьми, между политическими и экономическими группами, а также между центром и периферией;
• меньший объём совместного использования, торговли и перераспределения ресурсов;
• меньшая общая координация и организованность деятельности индивидов и групп;
• меньшая территория, интегрированная в рамках единой политической единицы.

Не все коллапсирующие общества, разумеется, в равной мере демонстрирует проявления каждого явления из этого списка, да и сам список далеко не исчерпывающий. Некоторые общества, подпадающие под наше определение, изначально не обладали всеми этими чертами, а одно-два из тех, что будут рассмотрены ниже, имели всего несколько из них. Тем не менее этот перечень даёт достаточно краткое и точное описание того, что происходило в большинстве наиболее известных случаев коллапса.

Коллапс — это общий процесс, не ограниченный каким-либо типом общества или уровнем сложности. Как подробнее будет показано во второй главе, сложность человеческих обществ не является вопросом «всё или ничего». Общества различаются по сложности по непрерывной шкале, и любое общество, повышая или понижая свою сложность, движется именно по этой шкале. На ней нет точки, где можно было бы сказать: «здесь сложность возникает». Охотничье-собирательские группы и племенные земледельцы точно так же испытывают изменения сложности — как рост, так и снижение, — как и крупные государства. Коллапс, подразумевающий внезапную и значительную утрату уже достигнутого уровня сложности, всегда следует рассматривать относительно масштаба того общества, в котором он происходит. Простые общества могут утратить сложность в той же мере, что и великие империи. Оседлые земледельцы могут вновь стать кочующими собирателями и потерять социально-политические атрибуты деревенской жизни. Регион, организованный под властью централизованной администрации вождей, может лишиться этой иерархического купола и вернуться к независимым, враждующим между собой деревням. Группа собирателей может быть так сильно подорвана ухудшением окружающей среды, что совместное использование ресурсов и общественная организация в значительной степени прекращаются. Это тоже случаи коллапса — ничуть не менее настоящие, чем падение Рима, и не менее значимые для населения, которое их пережило. Более того, если коллапсы более простых обществ поддаются объяснению общими принципами, они не менее поучительны, чем гибель государств и империй. Любое объяснение коллапса, претендующее на универсальность, должно помочь нам понять весь спектр его проявлений — от самых простых до самых сложных. Именно в этом состоит одна из центральных идей и целей данной работы.